В основе китайской философии лежит понятие «мянцзы» (面子) — «достоинства, общественного лица». Здесь самоуважение без социального одобрения не является ценностью. А социальное одобрение невозможно вернуть вновь при потере «мянцзы». Это культ единого группового сознания.
Нельзя безнаказанно понизить уважение к правителю Китая внутри его социальной группы, а тем более сделать это публично на весь мир. В этом случае вы приобретете врага на всю оставшуюся жизнь в лице униженного и в глазах всей нации. Помножьте репутационный ущерб на то, что за противостоянием наблюдал весь мир, и получите понимание о том, насколько точно был нанесен удар — в сердце гордого Китая, без права исправления последствий для коллективного сознания.
В православной традиции можно вернуть потерянное лицо в обществе, совершив достойный поступок. Внутреннее уважение человека совмещается с уважением общества, и гражданин получает второй шанс. Совсем иная философия лежит в китайской системе ценностей. Очищение и исправление возможны через кропотливый труд, умеренность, твердость и последовательность, но никогда не проходят они через исправление публично зафиксированного позора.
Сделать прогноз на будущее можно, если понять принцип китайской мести, которая основана на принципе Ли (理). Это действие, направленное на самоуничтожение, с целью ославить врага и восстановить справедливость. Яркий пример проявления — совершить самоубийство на пороге дома обидчика.
Часто в литературе можно встретить отсыл явления к японской культуре, но это не совсем корректное сравнение. Что рождает неправильные аналитические выводы, на основании которых Япония должна была бы по логике вещей никогда не простить Атомный апокалипсис США. Но в реальности всё не так. У Японцев kao wo tsubusu — «потерять лицо» — тоже беда, но имеющая иной механизм осознания. Жесткая иерархия и подчинение вышестоящим по должности и статусу делают потерю лица руководителя достаточно условным или почти невозможным явлением. Если так решило высшее руководство, значит это правильное решение. Вышестоящий в иерархии сам разберется, унизили его или это стратегическая многоходовка. Что касается самого несправедливо униженного — японец не обязан при жизни достичь отмщения. За месть в этом случае ответственны потусторонние силы Онрё (яп. 怨霊 онрё:, буквально «мстительный дух», иногда переводится как «гневный дух»). Ближе всего к описанию этого явления — русское понятие «беда», которое многократно будет обрушиваться на обидчика на протяжении многих его перерождений и поколений — от стихийных бедствий и болезней до безумия и нищеты. В этой концепции японец может спать спокойно — сама вселенная расставит всё по своим местам.
В китайской культуре потеря лица усугубляется статусом. Если потерял лицо тот, кто руководит страной, — коллективное национальное сознательно-бессознательное даже при отмщении не вернет ему прежнее уважение в обществе.
Для Китая тотальное унижение — это не абстрактное промежуточное состояние, а безысходный финал истории. Квинтэссенция жизни без черновика. Всё, что будет после, — начало другой истории. Единственный путь к перемирию в этом тупике — доказать китайцу, что вы дикарь, не понимающий его ценностей. Вы больше не войдете в партнерский круг, но и не будете мишенью отмщения.
