Об этом сообщили в объединенной пресс-службе судов города.
«Суд рассмотрел иск Кирилла Ульянова к Эльбе Гергиевой о признании сделки недействительной, а также встречный иск Гергиевой к Ульянову о применении последствий недействительности сделки. <...> Решение суда: Ульянову вернуть квартиру, Гергиевой вернуть 19 500 000 рублей», — говорится в сообщении.
Ульянов продал ответчице квартиру на улице Ленина, сделка прошла в январе 2024 года. Гергиева заплатила за жилплощадь 19,5 млн рублей, позднее ее сын провел на ней ремонт стоимостью еще 2,6 млн рублей.
Истец отметил, что заключил договор в результате внешнего воздействия, поскольку в течение нескольких месяцев на его личные телефоны поступали звонки от неизвестных, которые представлялись сотрудниками различных спецслужб и государственных органов.
Под предлогом проведения оперативных мероприятий злоумышленники вынудили Ульянова подать объявление о продаже квартиры и продать ее. По факту мошеннических действий возбуждено уголовное дело.
Гергиева предъявила встречный иск к актеру, в котором указала, что тот продал квартиру добровольно, никаких вопросов сделка у него не вызывала, а сама она полностью исполнила условия договора и заплатила продавцу деньги. С Ульянова она просила взыскать суммарно стоимость квартиры и ремонта в размере 22,1 млн рублей.
Как выяснил суд, экспертиза в рамках предварительного следствия по уголовному делу подтвердила, что решение Ульянова о продаже недвижимости сформировалось под влиянием «не соответствующих действительности представлений о происходящем», а его действия «были обусловлены систематическим манипулятивным воздействием со стороны неустановленных лиц».
Вместе с тем Гергиевой суд отказал во взыскании компенсации за проведенный ремонт, так как по закону такому возмещению подлежат лишь необходимые затраты на имущество, то есть понесенные для его приведения в пригодное состояние и поддержания в таковом. Из акта приемки квартиры, который подписывал представитель ответчицы, следует, что жилье находилось в надлежащем состоянии и не создавало угроз жизни и здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц. В итоге суд пришел к выводу, что новая собственница, делая ремонт, действовала в своем интересе ради улучшения жилищных условий.
